Единство. Свет. Любовь.
Рассказы
Веретенников Сергей
Сегодняшний день я бы хотел представить нижеследующим рассказом из моей книги. Если Вы не читали все мои книги, и Вам понравился сегодняшний рассказ - то Вы можете прочитать их по ссылке внизу страницы. Надеюсь увидеть завтра Вас здесь вновь, и Вы познакомитесь с моим новым творчеством.
СОВЕРШЕННАЯ МАШИНА
Бутраш был словно одно целое с машиной. Она читала его мысли и безропотно выполняла все его желания, несясь с бешеной скоростью в космическом вакууме.
Лёгкий, почти незаметный обруч серебристого цвета, который был на его голове,
вмещал в себя бесконечное количество микросхем, соединяющихся между собой сложнейшими хитросплетениями электрических цепей. Ни одна мысль его носителя не могла укрыться от него: он ловил любой её всплеск, любое её движение, шорох и даже еле уловимую её тень, которая едва-едва могла коснуться человеческого разума. Любое её проявление он мгновенно преобразовывал, трансформировал и заключал в сигнал, посылаемый в компьютер машины, который читал его, анализировал и направлял далее по неведомым закоулком электрического сознания.
Бутраш просто не мог нарадоваться своему новому приобретению, которое было реальным воплощением его самой сокровенной мечты и чудом человеческого прогресса. Удобно сидя в кресле машины, он с каким-то особым наслаждением осознавал, что его вчерашняя ненависть и враждебность к «безмозглым учёным» каким-то странным образом сменялась на, неестественное для него ранее, почитание. В данное мгновение, движимый всезахватывающим потоком счастья, Бутраш готов был с радостью обнять и расцеловать всех учёных, как своих родных братьев, говорить им слова благодарности и даже, что совершенно противоречило его обычному отношению к «жрецам науки» - боготворить их. Всё это, более чем, красноречиво говорило о том, что Бутраш действительно находился в том блаженном и радостном состоянии, которое обычно принято называть счастьем.
Он летел, он мчался. Умопомрачительная скорость приятно возбуждала его сознание. Было ощущение, что машины вообще нет, что есть только он, Бутраш, который, не зная никаких преград, легко обходя на своём пути бесчисленные планеты, светила, туманности и чёрные дыры, несётся в бесконечность, в которой останавливается само время и замирает мироздание.
Он уже не жалел тех бешеных денег, которых стоила эта машина. Сейчас он понимал, что всё это лишь гроши по сравнению с её настоящей ценой. Сейчас он, не думая, отдал бы за неё абсолютно всё.
Ведь что может быть приятнее скорости и хорошей машины, которая послушна тебе как твоё собственное тело? Что может быть лучше ощущения свободы и ничем неограниченного полёта на бесконечной скорости? Разве даже один миг этого блаженного состояния не стоит того, чтобы отдать за него всё?
Бутраш почувствовал, что он безнадёжно влюбляется в эту прекраснейшую машину и сливается с нею в едином экстазе их совместных усилий. Эта любовь становилась с каждым мгновением всё больше и больше, и в какой-то миг Бутраш даже испугался её неудержимой силы, которая полностью подчиняла его себе. Но он был всего лишь человек, он хотел быть счастливым. А разве способен человек отказаться от счастья, сейчас! - когда он купается в нём и всё естество просто трепещет в его блаженнейших вибрациях? Нет. Такова человеческая природа! Она толкает человека на то, чтобы он годами, десятилетиями трудился в поте лица, испытывал невероятные трудности и лишения для того, чтобы всего лишь на одно мгновение он мог почувствовать бесконечно желанное и бесконечно призрачное человеческое счастье.
Бутраш безропотно отдался на милость этой всемогущей силы, и больше не единая мысль не омрачала его сознание. Он полностью утонул в безбрежном океане нескончаемого наслаждения.
- Бог ты мой!! - в экстазе кричал Бутраш. - Да я просто до сих пор не могу поверить в то, что это возможно. Это просто какой-то фантастический сон! “Да нет, даже не сон, - продолжал он, но уже про себя. - Сон, по сравнению со всем этим, лишь жалкая, серая фантазия...”
Постепенно, пользуясь своим совершенным электрическим разумом, машина постигала далёкий и таинственный внутренний мир человека, который скрывался за его странными и нелогичными, как она «думала», мыслями. Теперь она знала про него всё, начиная с того, что он предпочитает съесть на завтрак, и, кончая тем, что бы он сделал если бы вдруг стал президентом Галактического Содружества. Такова была её программа: узнать как можно больше о человеке и, поступая в полном соответствии с его мыслями, желаниями и эмоциями, стать его послушной служанкой. И даже больше этого, научиться предугадывать все его желания, и, хорошо изучив его психологию, реализовывать их, тем самым, усиливая наслаждение человека до бесконечности.
Сначала Бутраш подумал, что ему это показалось, и он не придал этому особого значения, но через некоторое время, то, что привлекло его внимание вновь повторилось, и это уже невозможно было назвать игрой воображения или каким-то совпадением: он начал чувствовать, что машина опережает его мысли. В этом не было ничего плохого, как он вначале подумал, но всё же это было несколько странно - машина, которая лучше пилота знает, что нужно делать!
“Если бы я не знал, что в ней нет ничего кроме электронного хлама и груды металлолома, - размышлял Бутраш. - То я бы наверняка подумал, что она живая. Удивительно! она не только управляется моими мыслями, но и, предугадывая их, поступает точно так, как поступил бы я. Такое ощущение, будто она знает про меня абсолютно всё. И зная про меня всё, она думает,.. о Боже! так же, как я. И не только, как я, но и вместо меня! - по лицу Бутраша пробежала лёгкая тень отрезвления от пьянящего воздействия охватившего его счастья. - Нет, здесь что-то не так. Когда кто-то начинает думать вместо тебя, да ещё так же как ты, то это может означать только одно - в один прекрасный момент ты имеешь прекрасную возможность оказаться за бортом, как объект, утративший всю свою важность, из которого выжато всё что возможно и который стал устаревшим прототипом чего-то более совершенного и нового, которому ты безоговорочно обязан уступить дорогу, и заткнуться”.
Всё это было справедливо, но только в обществе разумных существ. А Бутраш имел дело с железной, бездушной машиной, которая вряд ли могла знать об особенностях человеческих отношений. И поэтому он пока решил не делать поспешных выводов, а проверить, по-прежнему ли машина находится под его полным контролем, или то, что пришло ему в голову, лишь преувеличенное одушевление искусного сплава человеческого разума, в виде его современных научных достижений, и безжизненных материальных элементов.
Бутраш приказал машине остановиться.
То, что произошло дальше, по своему воздействию, было подобно ледяной воде, которую вдруг вылили на его голову. Машина не подчинилась ему, она по-прежнему летела с бешеной скоростью сквозь мироздание.
Бутраш почувствовал, что неистовый шторм самых отвратительных слов, которые бережно хранились в чёрном списке его памяти, вдруг ожил в его сознании, и вот-вот готов вырваться наружу.
- Проклятые учёные!!! - прогремела его первая волна. А затем вторая, третья и четвёртая: - Будь проклят тот день, когда я купил ваше чёртово изобретение! Идиоты! Последняя модель, последняя модель. Высшее наслаждение, которое можно испытать от машины... Проклятье. Я вновь попался на вашу удочку.
Бутрашу стало не по себе. Он вдруг почувствовал себя полным идиотом, которого, уже в который раз, вновь обманули учёные. Больше всего его возмущало то, что он не может лично, каждому в отдельности, учёному сказать то, что он о нём думает. Уж он бы сказал! Но сейчас его оскорбления просто бессмысленны, - никто не слышит его. Более того, в это самое время, вполне возможно, что учёные спокойненько, как ни в чём не бывало, создают свою очередную приманку для такого же простофили, как он сам, и может быть даже смеются над ним, сидя в своих лабораториях, как мыши в своих норках, удивляясь своими заумными мозгами, как это ещё земля носит таких безмозглых идиотов, как он.
И это было ужасно. Хотя он всегда ненавидел учёных и никогда не доверял им, он всё же попался на их искусную приманку. И теперь, он находится здесь, как их подопытный кролик, и должен сам расхлёбывать все их ошибки.
“Проклятые негодяи”, - ещё раз, но уже с меньшим энтузиазмом, Бутраш вылил своё негодование на головы учёных.
Его злость проходила. Она уступала место осознанию мрачной действительности, в которой он вдруг оказался. Теперь нужно было думать, как он сможет выбраться из этой ситуации...
Прошло три часа.
- Глупая тварь, я приказываю тебе остановиться, - не утруждая себя поиском более вежливых выражений, в отчаянии рявкнул Бутраш на машину, уже совершенно не надеясь на то, что она подчинится его приказу.
Вот уже три часа, самых ужасных часа в его жизни, он безнадёжно пытается доказать машине, что именно он является её полноправным хозяином, и что вследствие этого обстоятельства она обязана подчиняться ему. Но чем больше времени он проводит за этим занятием, тем больше он убеждается в тщетности своих попыток.
Он беспомощен. В данной ситуации он совершенно беспомощен. В этой машине даже нет ни одного рычажка, ни одной кнопки, которыми можно было бы щёлкнуть или на которые можно было бы нажать, - машина рассчитана только на управление мыслью её пилота, других возможностей управлять ею просто нет.
Бутраш совершает десятки, сотни новых попыток, снова и снова, чтобы хоть как-нибудь повлиять на действия машины, но всё тщетно, тщетно, тщетно...
“Директива номер один - приносить наслаждение своему хозяину. Директива номер два - полное подчинение его желаниям. Возникла ситуация когда две директивы противоречат друг другу: хозяин хочет прервать своё наслаждение, и это его желание, - констатировала машина. - Я не могу выполнять одновременно две директивы, которые противоречат друг другу. Я должна выбрать одну, и действовать в соответствии с ней”.
Машина начала напряжённо «думать». Она «думала» ровно одну тысячную доли секунды. За это время её искусственное сознание сделало миллионы витков по сложнейшим электронным цепям её электрического разума.
И вот, решение принято. Она посчитала более важной директиву номер один. Теперь её единственной заботой является забота о том, чтобы делать всё так, как нравится её хозяину: бешеная скорость и полёт, полёт в бесконечность, где останавливается время и замирает мироздание.
© Автор рассказа: Веретенников Сергей (орловский поэт и писатель)
Все книги Веретенникова Сергея
